Для меня большая честь присутствовать сегодня здесь, на столь представительном собрании и в такой исключительный момент: смена политического руководства в США, непрерывные изменения в глобальной экономике, наши финансовые рынки реструктуризируются — и остро ощущается потребность в лидерах.
Наши политические лидеры — не единственные, кто получил полномочия на проведение изменений. Руководителям компаний и организаций из разных стран мира предоставляется уникальная возможность преобразовать мир, в котором мы живем.
Мы получили такой шанс в связи с обстоятельствами, которых никто не хотел. Кризис на финансовых рынках продемонстрировал всем те опасности, которые таят в себе чрезвычайно сложные глобальные системы. Однако, в действительности, в течение первого десятилетия XXI века было несколько тревожных сигналов, связанных с одним феноменом — глобальной интеграцией.
Два года назад я опубликовал в журнале Foreign Affairs статью, в которой описал изменение корпоративных структур, которому, как я полагал, уделялось недостаточно внимания в ходе дискуссий о глобализации. Я описал появление корпорации нового типа — глобально интегрированного предприятия, которое приходит на смену многонациональному предприятию.
TВ настоящее время растет понимание того, что глобальная интеграция меняет корпоративную модель и саму природу трудовой занятости. Однако, теперь мы видим, что активное движение информации, рабочих процессов и капитала, охватывающее развитые и развивающиеся страны, является лишь одним аспектом глобальной интеграции.
За последние годы мы осознали всю серьезность такой проблемы, как глобальные климатические изменения, а также серьезность экологических и геополитических проблем, связанных с потреблением электроэнергии. Мы увидели формирование глобальных цепочек поставок продуктов питания и медицинских препаратов. И, наконец, мы вступили в новый век с глубоким потрясением, вызванным террористическими актами 11 сентября, которые навсегда изменили наши представления о безопасности.
Все это напомнило нам о том, что теперь все мы связаны — экономически, технически и социально. Однако мы осознали и то, что одной только связи недостаточно. Безусловно, мир становится все более «плоским». Нет сомнений в том, что он становится все более тесным и взаимозависимым.
Однако происходит и нечто такое, что содержит в себе еще больший потенциал. Мы начинаем разумнее и предусмотрительнее относиться ко всему в этом мире. К системам и процессам, которые поддерживают разработку, производство, продажу и покупку товаров и услуг. Более внимательно относимся к использованию воды, перемещению людей, выбирающих новое место работы или жизни.
Что открывает нам такие возможности?
- Во-первых, наш мир становится технически оснащенным: Транзистор, изобретенный 60 лет назад, является основным конструктивным блоком цифровой эпохи. А теперь представим себе мир, в котором на каждого человека приходится миллиард транзисторов, каждый из которых стоит одну десятимиллионную долю цента. Так будет к 2010 году. По прогнозам, к концу этого года в мире будет 4 миллиарда пользователей мобильных телефонов, и в течение двух лет по всему миру будет выпущено 30 миллиардов меток радиочастотной идентификации. Датчики встраиваются во все компоненты экосистемы — цепочки поставок, сети здравоохранения, городские инфраструктуры, и даже природные системы, такие как реки.
- Во-вторых, наш мир становится тесно взаимосвязанным: очень скоро количество пользователей интернета достигнет 2 миллиардов человек. Однако в технологически оснащенном мире «общаться» могут не только люди, но и системы и объекты. Задумайтесь о перспективах взаимодействий триллионов интеллектуальных объектов — автомобилей, бытовых приборов, камер, дорог, трубопроводов, и даже лекарственных препаратов и поголовий скота. Объемы информации, производимой в результате взаимодействий всех этих объектов, будут беспрецедентными.
- В-третьих, все совершенствуется: новые модели вычислительных платформ способны связывать с базовыми системами огромное количество пользовательских устройств, сенсоров и датчиков. Дополненные передовыми технологиями анализа, эти суперкомпьютеры могут превращать огромные массивы данных в информацию, на основе которой можно действовать, чтобы повышать эффективность, продуктивность и динамичность наших систем, процессов и инфраструктур.
Это означает, что в мире происходит конвергенция цифровых и физических инфраструктур.
Вычислительные возможности приобретают объекты, которые мы не воспринимаем как компьютеры. Безусловно, практически все — любой человек, любой объект, любой процесс и любой сервис для любой организации, крупной или небольшой, — может использовать возможности цифровых и сетевых технологий.
Учитывая такое богатство технологических и сетевых возможностей, доступных по столь низкой цене, есть ли что-нибудь такое, что нельзя было бы усовершенствовать? Какую услугу вы не могли бы предоставить клиенту, жителю вашего города, студенту или вашему пациенту? Какое устройство вы не могли бы подключить? Какую информацию вы не могли бы получить для проведения анализа?
Ответ на эти вопросы таков: вы (или ваш конкурент — другая компания, другой город или страна) будете все это делать. Вы будете делать это, поскольку у вас есть возможность — технологии являются доступными и недорогими.
Однако есть и еще одна причина для того, чтобы совершенствовать процессы, компании и отрасли — мы обязаны это делать. Не только в периоды серьезных потрясений, но и в нашей повседневной деятельности. Все эти масштабные процессы, поддерживающие бизнес, государственное управление и жизнь людей — которые в конечном итоге являются источником таких «неожиданных» кризисов — недостаточно совершенны, чтобы быть жизнеспособными.
Подумайте:
- Сколько электроэнергии расходуется напрасно — По данным опубликованных отчетов, потери электроэнергии составляют в разных странах мира от 40% до 70%.
- Насколько серьезны транспортные проблемы в наших городах — Дорожные заторы в США обходятся в 78 миллиардов долларов в год (стоимость 4,2 миллиардов часов потерянного времени и 10 миллиардов литров израсходованного впустую бензина), и это еще без учета влияния на качество воздуха, которым мы с вами дышим.
- Насколько неэффективны наши цепочки поставок — Отрасль потребительских товаров и отрасль розничной торговли теряют около 40 миллиардов долларов в год, или 3,5% доходов от продаж, вследствие неэффективности цепочек поставок.
- Насколько несовершенна наша система здравоохранения — В действительности, это вообще не «система». Она не связывает диагностику, разработку лекарственных препаратов, поставщиков медицинских услуг, страхователей и работодателей. И при этом ежегодно личные расходы на медицинские услуги вытесняют более 100 миллионов жителей планеты за черту бедности.
- Как быстро истощаются источники воды на нашей планете — С 1990-х годов объемы потребляемой воды выросли в шесть раз, вдвое превысив темпы роста населения. По данным банка Asian Development Bank, каждый пятый житель Земли не имеет доступа к питьевой воде, а половина населения мира не имеет соответствующих санитарных условий.
- И, конечно, кризис на наших финансовых рынках — Эта ситуация будет анализироваться в течение десятилетий, однако уже сейчас ясно одно. Финансовые учреждения распределяли риски, но не имели возможности их отслеживать — и эта неопределенность, это отсутствие четкого представления о ситуации, подорвали доверие.
Безусловно, обсуждая пути развития нашей планеты, мы понимаем, что должны действовать более продуманно и более эффективно — в особенности выбирая области для инвестиций с целью поддержки экономического роста и вывода основных составляющих глобальной экономики из состояния рецессии.
К счастью, теперь у нас есть возможности. В настоящее время компании и учреждения перестраивают свои системы и по-новому применяют технологии.
- Развернутая в Стокгольме система управления дорожным движением позволила на 20% уменьшить интенсивность движения, на 12% сократить выбросы в атмосферу углекислого газа и на 40 тысяч увеличить количество граждан, ежедневно пользующихся общественным транспортом. Системы интеллектуального управления дорожным движением, уже способствующие повышению конкурентоспособности Лондона, Брисбена и Сингапура, планируют развернуть многие другие города.
- Интеллектуальные технологии разработки нефтяных месторождений позволяют повысить объемы добываемой нефти, а также продуктивность нефтедобычи, — в настоящее время извлекается только 20-30% имеющихся запасов.
- Интеллектуальные системы в пищевой промышленности (одна из таких систем развернута в Скандинавии) позволяют использовать RFID-технологии для отслеживания движения мясных продуктов от ферм по всей цепочке поставок до прилавка супермаркета.
- Системы здравоохранения, которые позволяют сократить стоимость лечения на 90% — примером является система ActiveCare Network, осуществляющая мониторинг состояния более 2 миллионов пациентов в 38 штатах США для своевременного предоставления необходимых инъекций и вакцин.
Я мог бы привести множество других примеров. Разумные системы трансформируют энергоснабжение, цепочки поставок и управление водными ресурсами. Они гарантируют подлинность медицинских препаратов и безопасность обмена валют. И они меняют все — от моделей ведения бизнеса до возможностей сотрудников в области коллективной работы и внедрения инноваций.
При этом возможность совершенствоваться доступна не только к крупным предприятиям, но и к компаниям сектора малого и среднего бизнеса — которые являются двигателями экономического роста по всему миру. Когда мы говорим о таких системах, как цепочки поставок, здравоохранение и производство продуктов питания, на самом деле мы говорим о взаимодействиях сотен, и даже тысяч, компаний, большинство из которых относятся к сектору малого бизнеса.
Эта возможность применима также и за пределами сферы бизнеса. Интеллектуальная инфраструктура становится основой конкуренции между странами, регионами и городами.
В глобально интегрированной экономике инвестиции и рабочие процессы перемещаются не только в регионы, которые предлагают финансовые выгоды и специалистов с требуемыми знаниями и навыками. Они перемещаются в страны, регионы и города, которые имеют интеллектуальную инфраструктуру — от эффективных транспортных систем, современных аэропортов и безопасных торговых путей до надежных энергосистем, прозрачных и устойчивых рынков – а также высокий уровень жизни.
Безусловно, путешествуя по миру, вы видели, что страны активно осваивают не только новейшие технологии и цифровые инфраструктуры, но и самые современные бизнес-модели и бизнес-процессы. В конечном итоге, речь идет о конкурентоспособности в глобально интегрированной экономике..
Значимость настоящего момента, как я полагаю, заключается в том, что теперь есть ключевая предпосылка для реальных перемен — их хотят люди. Однако этот момент не будет длиться вечно.
При проведении каких бы то ни было изменений важнейшим фактором успеха является глубокое понимание человеком — работником, гражданином — необходимости перемен. Оглядываясь на прошлое, когда исчезали обстоятельства, подталкивающие к переменам, когда все возвращалось к «нормальному» состоянию, мы задаемся вопросом: не хотим ли мы быть смелее, амбициознее, действовать быстрее, идти дальше?
Сегодня все – и те, кто сидят за столом в переговорной комнате крупной корпорации, и те, кто сидит за столом у себя на кухне, – готовы к переменам, они хотят, чтобы все было по-новому.
Именно поэтому для смелых и перспективно мыслящих переломный период является периодом возможностей. В течение ближайших двух лет будут победители и будут проигравшие. И хотя сейчас это может быть не столь очевидным, я полагаю, что мы увидим появление новых лидеров, которые побеждают, не выживая во время бури, а меняя ситуацию.
Для этого они будут использовать модели руководства, которые значительно отличаются от моделей прошлого.
Подумайте о том, как наш мир живет сегодня — очень немногие из наших систем являются областью ответственности одной организации или одного руководителя. Лидерам потребуется совершенствовать свои навыки сотрудничества, поскольку нам нужно руководство, охватывающее различные системы. Нам необходимо свести вместе заинтересованные стороны и экспертов из таких областей, как бизнес, государственное управление и наука, и они должны будут выходить за пределы традиционных областей, где они ощущают себя комфортно. В область интересов такой команды должно попасть то, чем Совет по международным отношениям занимается уже много лет.
Впереди нас ждет очень серьезная работа. Всех нас – и руководителей и простых граждан. Мы должны совместными усилиями непрерывно повышать уровень наших систем принятия решений и управления, а не просто ускорять и совершенствовать процессы.
Но я думаю, не подлежит сомнению тот факт, что мир становится все более тесным, более «плоским»... и более интеллектуальным. Мы вступаем в эпоху глобальной интеграции и интеллектуализации экономики и общества. Вопрос в том, что нам с этим делать?
Мир, который открывается нашему воображению, — это мир грандиозных возможностей. И я уверен, что мы сможем его построить — если всерьез задумаемся над тем, что может сделать жизнь на нашей планете более совершенной.
